Рубрики
Тонкости воспитания детей: философия или метод?

Журнал «Фамилия» продолжает беседы о воспитании детей с доктором педагогических наук Т. В. Скляровой. На этот раз мы говорили с Татьяной Владимировной о трансформациях, которые претерпевает воспитание сегодня. Так, родители нынче предпочитают помощь психолога, а не педагога. Да и современная педагогическая литература, увы, не пополняется значимыми трудами. Тем ценнее такая беседа – а речь на этот раз шла о достаточно давно разработанных, но сегодня вновь обретающих популярность методиках раннего развития итальянского ученого Марии Монтессори и Вальдорфской системы образования.

Мария Монтессори (31.08.1870 – 6.05.1952) – итальянский врач, педагог, ученый, первая женщина в Италии, окончившая курс медицины, и одна из первых носительниц ученой степени доктора наук. Мария Монтессори помимо Италии долгое время работала в Каталонии и Нидерландах. Затем по приглашению Теософского общества отправилась в Индию, где выступала с лекциями и открыла одну из своих нетрадиционных школ. Мировую известность Мария Монтессори обрела благодаря разработанной ею педагогической системе. Она начинала работать с умственно отсталыми детьми, в дальнейшем со специальной педагогики переключилась на общую, занимаясь с детьми, не отстающими в развитии.Методика Монтессори основана на индивидуальном подходе педагога к каждому ребенку: малыш сам выбирает дидактический материал и продолжительность занятий, развиваясь в собственном ритме и направлении. В методике Монтессори не применяются сравнения и измерения по существующим меркам. Вместо этого дети учатся свободно, без принуждения, внешнего вмешательства и критики. Мария Монтессори была убеждена в том, что как поощрения, так и наказания вредны для внутренней ориентации человека и что люди должны учиться, следуя собственной мотивации. Первостепенная задача – дать ребенку возможность развивать свое чувственное мировосприятие в подготовленной обстановке, отвечающей его психологическим потребностям. При этом особенно важно, чтобы обучающие и себя самих воспринимали как обучающихся, учитывали собственный ритм каждого ребенка, старались понять его в его индивидуальности и распознать, что его в данный момент занимает.

Вальдорфское образование («штайнеровская педагогика») –альтернативная педагогическая система, основанная на религиозно-мистическом учении Рудольфа Штайнера – антропософии. Штайнер использовал своеобразный подход, заменяя терминологию Елены Блаватской своей собственной, основывая свое духовное исследование и учение на западной эзотерической и философской традиции.

Вальдорфские школы являются общеобразовательными и принципиально отрицают идею массовой специализации в школьном возрасте. В вальдорфских школах отсутствуют оценки, преподавание ведется преимущественно без учебников. В программных документах вальдорфских школ утверждается, что антропософия, являющаяся прямой основой применяемых в этих школах педагогических приемов, управления школой и образования учителей, не преподается детям ни отдельным предметом, ни как религиозное верование. Критики считают эти утверждения неверными или, как минимум, вводящими в заблуждение. Религиоведами, а также критиками данной педагогической системы централизованное и направляемое Антропософским обществом движение вальдорфских школ рассматривается как часть нового религиозного движения антропософии.

– Современных родителей волнует вопрос: когда и как начинать обучение детей? Многие мои знакомые отдали своих малышей в детские сады, занимающиеся по системе Монтессори. Каковы плюсы и минусы этой педагогической системы?

– Здесь важно разобраться в том, как воспринимать наследие Марии Монтессори. Несомненно, это величина, человек, пробороздивший педагогические поля и внесший значительный вклад в историю педагогики. И вот здесь важно определиться, что же она создала? Школу, философию, идеологию или метод?
Для меня ценность наследия Марии Монтессори в разработанных ею подходах и методах, помогающих раннему развитию детей. Как исследователь, я отдаю должное мужеству этой женщины, сумевшей в начале прошлого века создать действенную систему поддержки детей с отставанием в развитии. Это целое поколение стимульных материалов, обустройство предметной среды ребенка и принципов взаимодействия с материальным миром. Как развивающая методика – это интересно, значимо и может использоваться современными родителями.

Если же из этой методики начать выстраивать идеологию или некую философскую систему, приходим к плачевному результату. Здесь можно провести банальную аналогию: есть фирмы и технологии по производству удобной эргономичной мебели или, например, обуви. Я согласна с тем, что этой мебелью можно комфортно обустроить учебный класс для детей или лучше всего обуть детей в обувь этой марки для проведения подвижных игр. Но как только я начинаю думать, что качественное обучение детей невозможно в иной меблировке и обувке, я становлюсь сектантом.

Потому так важно отношение к инструментарию детского развития, который был разработан Монтессори. Придя из медицины в педагогику, она вдохновила идеями и обогатила предложенными ею стимульными материалами работу с больными, отстающими в развитии детьми. Сама она достаточно трезво оценивала педагогический эффект своей методики. По словам Марии Монтессори, использование стимульных материалов позволяет из ста детей, на которых поставили крест, двадцать пять привести к норме в развитии. Это очень хорошие показатели. И самое главное – это честная оценка собственной методики.

Что же касается антропо-философских построений системы Монтессори… Это напоминает мне позднего Льва Толстого. Человек состоялся как профессионал, мастер своего дела в определенной сфере. Поиск духовных основ бытия, который всегда сопровождает развитие личности в зрелом возрасте, вдруг разворачивает его в сторону профессиональных находок и достижений. И из этой сферы он пытается сделать некое учение, объясняющее все и вся. Такой вот печальный мировоззренческий промах.

– На ваш взгляд, стоит разделить такие понятия, как метод Монтессори и идеология Монтессори?

– Думаю, да. Из поздней философии Монтессори пришли в педагогику идеи о том, что ребенок – это самодостаточный, загадочный и таинственный микрокосмос. Целью воспитания в этой системе становится создание условий для развития всех загадок, заключенных в сем микрокосме. Красиво, но опасно.

– В чем опасность?

– Во-первых, опасно для самого ребенка. Если он – цель и смысл собственного развития, то куда ж ему дальше плыть? Ну, освоил речь и пять языков в придачу, научился играть на музыкальных инструментах и ставить шах и мат в несколько ходов. В этом смысл жизни? Скучно. Пойду, напьюсь.
Во-вторых, опасно для окружающих. Тратим силы на то, чтобы развивались все задатки, заложенные в нашем дитяти. Они и развиваются… В их числе вместе с положительными качествами личности развиваются и негативные. Любознательность вместе с любопытством, смелость с рискованностью, общительность с болтливостью… В этой воспитательной системе отделить зерна от плевел проблематично.

– Что же делать родителям?

– Определиться с ориентирами в воспитании. Понять, что они сами считают приоритетами в развитии своего ребенка. Выстроить иерархию этих приоритетов. Тогда станет понятно, какие системы воспитания использовать и какие методы развития применять. Маленькая иллюстрация к этой рекомендации. Знакомая девочка, занимающаяся художественной гимнастикой, не может позволить себе поездки на велосипеде. Ей нельзя нагружать определенную группу мышц. Цель и смысл ее физического развития определены, они и диктуют применение/отторжение тех или иных методов. Подобным образом работает и любая другая воспитательная система. Какие цели и смыслы лежат в ее основании, таковы и методы, подбираемые для их достижения.

– Вместе с тем большинству родителей хочется предоставить своим детям комфортные условия для развития. И здесь мы опять сталкиваемся с выбором. С одной стороны, хочется определить своего ребенка в такой детский садик, где он находился бы в обстановке уюта и любви. А с другой стороны, понимаешь, что впереди у него встреча с неласковой жизнью, к чему его стоит заранее подготовить. Как вы считаете, есть ли трудности в социализации у детей, проходивших дошкольную подготовку в специализированных детских садах?

– Всему свое время. В дошкольном возрасте важна атмосфера уюта и любви, о которой вы говорите. Это не значит, что в последующем можно обходиться уже без нее. После семи лет значимыми становятся те образцы и нормы, с которыми знакомят ребенка взрослые люди. Причем приоритетом становится именно прояснение вопросов «Как правильно?» и «Почему неправильно?». Вот здесь уже будет уместно объяснить, почему жизнь порой неласкова. Опять выходим на цели и смыслы, которые сами взрослые определяют в своей жизни и, как следствие, в жизни своих детей.

– Возвращаясь к системе Монтессори, давайте разберемся в значении наказаний и поощрений для воспитания детей. Мария Монтессори считала их вредными стимулами для развития ребенка. Ветхий Завет говорит нам другое: «Гни спину сыну, пока она гнется…»

– Потому и значимо прояснить для себя, где методика, а где философия воспитания. И как они соотносятся между собой.
Религиозные традиции воспитания, имеющие глубинную философию, воспринимают внешнее окружение как ориентир того, куда идти и как развиваться. И в этой системе поощрение и наказание – суть внешние стимулы. С их помощью мы даем ребенку ориентиры, программируя «дорожную карту» перспектив его дальнейшего развития.
А если самоактуализация ребенка мыслится родителями главной целью в его развитии, то поощрение с наказанием оказываются теми стимулами, которые мешают достижению этой цели. Педагогами и психологами, в том числе и сторонниками системы Монтессори, установлено, что высокая самооценка в детстве никак не коррелирует с проявлением лидерских качеств и ответственности во взрослости. Растущему человеку нужна не высокая, а адекватная самооценка. И учить этой адекватности нужно в детстве, в том числе вовремя и по делу поощряя и наказывая.

– Все вышесказанное можно отнести и к вальдорфской педагогике?

– Нет, здесь другая ситуация. Мария Монтессори шла от стремления помочь больному ребенку. Врач, которая поняла, что многие болезни коренятся в пороках или полном отсутствии воспитания, она решала сначала медицинские, затем педагогические проблемы. Это привело ее к определению метода, из которого уже после родилась некая философия. Интерес к теософии в те годы – естественная характеристика образованного человека. Значимым для биографии Монтессори стало ее пребывание в Индии по приглашению Теософского общества, которое практически спасло ее в период фашизма в Италии. Отсюда и ее попытка построения философии воспитания.
Вальдорфская школа и педагогика родились на почве антропософии Рудольфа Штайнера. Здесь другая последовательность – сначала эзотерика и теософия, а затем уже обучение и воспитание.

Завершение Первой мировой войны в конце 1918 года было ознаменовано для Германии началом социальных волнений. К тому времени Рудольф Штайнер уже имел определенную известность как философ-эзотерик. В начале 1919 года он обращается с «Воззванием к немецкому народу и культурному миру», начинает читать лекции «Духовно-научное рассмотрение социальных и педагогических вопросов». Такая активность не остается незамеченной. Директор табачной фабрики «Вальдорф-Астория» Эмиль Мольт приглашает Штайнера принять участие в решении конкретной социальной проблемы – рабочие его фабрики недовольны состоянием государственных школ, в которых учатся их дети. Прогрессивный руководитель табачной фабрики, давшей впоследствии название вальдорфской школе и педагогике, решил построить школу для детей рабочих, заботясь о подрастающей смене для фабрики. Так что рождение вальдорфской педагогики – это попытка решения социальных проблем при помощи антропософии Штайнера.

– Но сторонники вальдорфских школ уже не вспоминают об этом, о табачной фабрике. Сейчас в мире существует более тысячи таких школ.

– Существует. И даже на некоторых сайтах, чаще англоязычных, публикуются имена выдающихся выпускников вальдорфских школ. У нас в России в списках победителей предметных олимпиад таковых пока не встретила. Но и этот показатель, на мой взгляд, не является определяющим. Сами принципы вальдорфской педагогики – активизация духовной жизни с одновременным «неразличением духов», педоцентризм, предоставление ребенку вседозволенности в мировоззренческом самоопределении – далеки от христианской традиции воспитания. В этом и заключается коренное отличие антропософии и соответствующей ей педагогики.

Можно взять комок глины, бросить его на стенку и представить то, что получится, произведением искусства. А можно, вдохновляясь высокими образцами, долго разминать и лепить эту глину, обжигать и расписывать… И это тоже будет произведением искусства.

Важно, кто и какой путь избирает для себя.