Рубрики
Век и вечность: путь, длиной в 100 лет

Мы познакомились 9 мая. На лавочке, в лучах весеннего солнца, сидел дедушка. У него были живые глаза, по-детски открытое лицо, и память, сохранившая все подробности детства и юности — голодомора и войны. Захотелось записать историю человека, за плечами которого целый век жизни — в 2017 году деду Михаилу исполнится 100 лет.

(Мы сохранили живую речь, непосредственность и искренность рассказчика)

Вера. Воспоминания о книгах.

Я помню старый чемодан,
Хранивший тайны, сны и книги,
И бабушки моей глаза
Оттенка спелой голубики.
Я помню, как в подушке
Выбивался пух,
И как хрустело одеяло.
Я помню: бабушка читала вслух,
Так мирно, так торжественно читала.
Я помню старый переплет,
Наощупь каждую обложку,
Я помню что-то милое про мишкин мед
И что-то ласково-упрямое про кошку.

Любовь между родителями и детьми

Эрих фромм — один из самых значимых мыслителей нашего времени. Его работы соединяют в себе психологию и философию, являясь при этом не абстрактными конструкциями, а переживаниями, близкими каждому живущему на планете земля. предлагаем нашим читателям познакомиться с главой одной из самых известных его книг – «искусство любить».

Ведите себя достойно!

Обилие статей о том, как нужно вести себя девушке, чтобы «заарканить» жениха, или о том, какой нужно быть женщине, чтобы его потом удержать, с избытком заполнили информационное пространство. Также обстоит дело и с советами для мужчин. Остается надеяться, что мужчины подобную информацию не воспринимают всерьез. Мы предлагаем нашему читателю несколько правил хорошего тона, которые, несмотря на изменчивые эпохи, времена и нравы, делают человека по-настоящему красивее, достойнее. Для девушек и женщин, юношей и мужчин – глава из книги «Хороший тон: Сборник правил и советов на все случаи жизни, общественной и семейной», опубликованной в конце XIX века. 

Мой вечный призыв – живите «выше», «шире», «глубже»…

Многие, кто читал дневники или труды протоиерея Александра Шмемана, говорят, что это словно свежим воздухом дышать. В его дневниках практически не встретишь поучений, наставлений, морали, но в них созерцание, жизнь. Та самая жизнь, которая в дуновении ветра, в луче солнца на стене, в качающихся ветках за окном... Предлагаем нашему читателю три записи из первой тетради его дневников.

Зеркальные нейроны и ответные реакции

«Они не в состоянии сочувствовать, поскольку не испытывают похожих эмоций при виде радости или переживаний. Все это им незнакомо, может пугать, и поэтому больные аутизмом пытаются скрыться, избегают общения», – говорит Ризолатти в одном из своих интервью.

Дневник памяти

В детстве меня не крестили. Наверное, опасались гнева гипсовой головы дедушки Ленина.

Когда мне было четыре года, бабушка повела меня в недействующий храм, превращенный в музей. Там было красиво, много позолоты и икон. Маленькие резные ворота в стенке с иконами были распахнуты настежь. Мне подумалось, что мы очень удачно пришли – наверное, не каждый день их открывают. Может, только в самый главный праздник, на Первомай, например? Но на улице была зима и холодно, а Новый год – только через «сколько пальцев на руках».

Учитесь читать

Дмитрий Сергеевич Лихачев – ученый-литературовед, историк культуры и общественный деятель, академик, Герой Социалистического Труда. В 1928–1932 годах был репрессирован, отбывал срок в Соловецком лагере особого назначения. Внес неоценимый вклад в историю литературы фундаментальными исследованиями «Слова о полку Игореве», литературы и культуры Древней Руси. Отмечен многочисленными государственными премиями в области науки, культуры, искусства.

Глашатай жизни

«Радость жизни не иссякала в нем, и ничто не возмущало его так, как люди, принимавшие жизнь без благодарности, ибо он сам постоянно благодарил за выпавшее ему на долю удивительное приключение – жизнь», – вспоминал о Честертоне его близкий друг.

Дар жить!

Земная жизнь... дана человеку милосердием Творца для того, чтобы человек употребил ее на свое спасение.
Св. Игнатий Брянчанинов

Дневник памяти

Самое светлое воспоминание о моей юности – мое 16-летие. Папа сделал мне подарок: завел в алтарь и спросил, какой я хочу выбрать путь в жизни, кем хочу быть. До этого момента я не задумывался об этом. Подумав, сказал, что хочу быть священником, как он. Мне очень важно было быть таким, как он. Отец мне подарил тогда свой крест иерейский, серебряный дореволюционный крест, особенно ценный для него. Сказал: «Я тебе дарю сейчас, так как не знаю, доживу ли до твоего совершеннолетия, это мое родительское благословение». Это событие перевернуло все мое сознание, мою душу. С того момента я ни на минуту не усомнился в правильности выбранного пути.

Слово о лишениях

Когда мне стукнуло восемь лет, бабушка положила под новогоднюю елку красивую тетрадь в синем сафьяновом переплете и сказала: «Вот тебе альбом, записывай в него все, что покажется умным и хорошим; и пусть каждый из нас напишет тебе что-нибудь на память». Вот было разоча­рование!.. А так хотелось оловянных солдатиков, они даже по ночам мне снились... И вдруг – альбом. Какая скучища... Но дедушка взял сафьяновую тетрадь и напи­сал на первой странице: «Если хочешь счастья, не думай о лишениях; учись обходиться без лишнего». Да, хорошо ему было говорить: «Не думай…» А мне было до слез обид­но. Но пришлось примириться...

  1 2 3