Рубрики
Любовь в действии

Кто тебя победил, старик? Никто. Я просто слишком далеко ушел в море.

 (Э. Хэмингуэй. «Старик и море»)

 

Богатые туристы ничего не поняли. Они смотрели на скелет огромной рыбы и думали, что это акула. Может быть, хвост немного был не обычным. Потом они сели на катер и уплыли. А скелет рыбы забрало море. Туристы приехали домой и на званых вечерах рассказывали о своем путешествии. Они рассказали об акуле с не совсем обычным хвостом. Все, что богатые туристы захотели узнать о Рыбе, которую любил и убил старик, о могучей Рыбе, которая стала ему братом — это ее хвост. Из всех людей на земле только один старик знал, какая красивая она была на самом деле. Но доказать ее красоту он не мог. Ведь Рыбу съели акулы. А потом море забрало ее скелет. Но об этом позже.

 
Последний бой монитора «Смоленск»

Они сумели задержать врага больше, чем на два месяца. Подвиг защитников Киева изменил ход всей Великой Отечественной войны. Генеральный план Гитлера был сорван. Молниеносного наступления не будет — это нацистский вождь понял еще в июне 1941 г., когда его войска только ступили на нашу землю. Согласно плану «Барбаросса» еще до конца года гитлеровцы хотели дойти до Донбасса, но только под Киевом увязли на 73 дня. Сегодня не часто вспоминают, что осажденный город обороняли не только сухопутные войска, но и около двух тысяч моряков Пинской военной флотилии. Днепровские рубежи защищали более 100их боевых кораблей. Одним из самых грозных— монитор «Смоленск».

Благословение преподобного Ионы

Эту большую тетрадь в плотном коричневом переплете, исписанную красивым крупным почерком моей крестной Ольги Кирилловны и украшенную ее рисунками, я помню еще со времен своего детства. Вот я, маленькая, слушаю чтение бабушки и мамы. Это, наверное, удивительная добрая сказка. И только позже я поняла, что в рукописи изложена жизнь моей прабабушки, Иулитты Петровны Вервес (Педан). Прошли-пролетели годы. По вечерам мы с детьми открываем рукопись, и вновь погружаемся в эту удивительную семейную историю, тесно связанную с родным Киевом и святым Ионой Киевским. 

Еще несколько мыслей о Рождестве

Умные люди говорят, что мы, взрослые, не можем радоваться Рождеству, как дети. Во всяком случае, так говорит Дж. С. Стрит — один из самых умных людей, пишущих теперь по-английски. Но я не уверен, что умные всегда правы; потому я и решил быть глупым, а теперь уж ничего не поделаешь. Вероятно, по глупости я радуюсь сейчас Рождеству больше, чем в детстве. Конечно, дети рады Рождеству — они радуются всему, кроме порки, хотя она и способствует усовершенствованию.

 
Жизнь в Розовом Доме

Соня сказала, что когда она вырастет, станет художницей, напишет картину, продаст ее за миллион и купит себе розовый дом. 

— А как же мы? — спросила Юлия.
— И вас заберу, — сказала Соня.
А я вдруг представил себе нашу жизнь в розовом доме. 

 
МОЙ ДЕДУШКА

Не секрет, что сильным деревом, приносящим добрый плод, может быть дерево со здоровыми корнями. И, наоборот, если корень не получает достаточно питания и ухода, дерево становится слабым и со временем может погибнуть. Мы не в силах выбирать семью, в которой нам суждено родиться, так же, как не в силах изменить наших предков. Но мы можем исследовать историю своего рода, чтобы, увидев слабые стороны, не повторить ошибок, а сильные стороны и достижения передать далее по наследству. Наша рубрика «Дневник памяти» о том, как можно, глядя назад, делать свою жизнь более наполненной и плодородной, укреплять свои корни, обогащая, таким образом, себя и будущие поколения 

Мой друг

У меня есть друг. Сначала он моим другом не был, а потом умер и стал. Так бывает. И я решил о нем рассказать. Очень долго у меня ничего не получалось. В голове проносились какие-то звенящие бронзой фразы, которые обычно звенят в некрологах. Я даже не мог почему-то назвать его имя. Долго и извилисто к этому подбирался и не получалось. Потом стало ясно, почему. Писать-то мне было нечего. Я не знал его настолько, чтобы о нем рассказывать. Не жил вместе с ним, не работал, не выпивал в поезде по пути в Тамбов или Жмеринку. Даже не говорили ни разу. Но не написать я уже не мог. И тогда в голову пришла одна простая вещь: если я хочу рассказать о нем, то писать нужно о себе. Так родилась первая фраза — у меня есть друг. И ничего он не умер. Он просто ушел жить. Смерти вообще-то нет. Он сам так и говорил. А зовут его Александр Столяров.

Привязанность

Читая книгу “Любовь” Клайва Льюиса возникает навязчивое желание выбежать на улицу и показывать написанное в ней каждому прохожему. Хочется объяснять другим, но прежде себе, что ты не одинок в своих трудностях, это пережито простым человеком и извлечен колоссальный опыт. Мы попытались разделить главы на условные темы и с большой радостью делимся своей находкой с читателем. Цель одна: чтобы, прочтя эти перепечатанные абзацы, захотелось читать оригинал. Несмотря на то, что жил и умер этот человек в прошлом веке, написанное им актуально доныне, а психологам и педагогам стоило бы сделать его книги настольными. В этом номере мы продолжаем тему привязанности. 

Чудо рождения

Родить ребенка — так просто — это делали тысячи поколений женщин, начиная от сотворения человечества. И так сложно — создана целая наука — перинатальная психология, изучающая процессы, которые происходят с женщиной и ребенком во время беременности, родов, и сразу после рождения. Использование этих знаний позволяет сделать роды осознанными, когда женщина понимает, что с ней происходит, и для чего это нужно. 

Герои нашего материала делятся своим опытом, а перинатальный психолог поможет глубже взглянуть на чудо рождения новой жизни. 

Свадьба в Турнгалле

          Раннее осеннее утро. Еще темно и моросит дождь. Мы двигаемся строем на фабрику «Haenel». Идти надо километра два. Стук наших деревянных башмаков слышен далеко, над нами раздаётся постоянный окрик полицейских «los! los!». Идем по три человека. Наша тройка постоянная: Ольга Жук, Ксения Ханчич и я. Меня они называют буксиром, а себя — баржами. Я худенькая и меньше их ростом, без деревянных башмаков мне идти легче. Я иду посредине и тяну их за собой. 

Таинство Любви

Любовь - удивительное чувство, но оно не только чувство, оно - состояние всего существа. Любовь начинается в тот момент, когда я вижу перед собой человека и прозреваю его глубины, когда вдруг я вижу его сущность. Конечно, когда я говорю: “Я вижу”, я не хочу сказать “постигаю умом” или “вижу глазами”, но - “постигаю всем своим существом”. Если можно дать сравнение, то так же я постигаю красоту, например, красоту музыки, красоту природы, красоту произведения искусства, когда стою перед ним в изумлении, в безмолвии, только воспринимая то, что передо мной находится, не будучи в состоянии выразить это никаким словом, кроме как восклицанием: “Боже мой! До чего это прекрасно!..” 

Сотник

Кентурио первой когорты десятого легиона Гай Кассий Лонгин никогда не видел снов. И это было хорошо. Тридцать лет на службе сенату и народу Рима требуют отсутствия колебаний и сновидений. Их у центуриона никогда и не было. Но в последнее время, каждую ночь, в час, когда солнце еще не думает показываться из-за края горизонта, он просыпался, где бы ни приходилось ночевать. И долго не мог уснуть. И тогда все, что во сне приходит обрывками и кошмарами, к нему приходило вновь ожившей реальностью. 

 
1 2 3