Рубрики
Все, что осталось от детства

О самом главном

Откуда берутся дети, и как их делают я впервые узнал, конечно же, во дворе. И сразу рассказал об этом двоюродному брату. По страшному секрету. Надо ли говорить, что брат сразу пошел и рассказал этот секрет своей маме — моей тете. Орать и разбираться прибежал к нам дядя. Долго же он «разорялся». 

 
Дом НЕобыкновенных детей, или История о том, как сбываются мечты

В силу моей профессии мне приходит много писем от разных людей. Как вы понимаете, далеко не на все имеет смысл реагировать. Но однажды, три с половиной года назад, я получил очень трогательное письмо от мальчика лет семнадцати. Из письма было понятно, что Андрей – инвалид, и живет в детском доме. Прочитав, я отчетливо понял, что не могу оставить без ответа этот крик души. Но, по малодушию своему, не смог сделать это сразу. И только месяца через два написал несколько ободряющих ответных строк. Так началась история, изменившая не только мою жизнь. 

 
КАННЫ: О ВАЖНЕЙШЕМ ИЗ ИСКУССТВ

Этот текст написан в 2015 году, за год до теракта в соседней Ницце, который в очередной раз продемонстрировал, как хрупко и непрочно то самое важнейшее из искусств: «Все виды искусств служат величайшему из искусств — искусству жить на земле» (Бертольд Брехт).

АМОСОВ. СЕРДЦЕ НА ЛАДОНЯХ

Пациентов, удачно прооперированных этим хирургом, вполне хватило бы на среднего размера город. Он мечтал победить старение и создать такую машину, которая помогла бы врачу поставить безошибочный диагноз и выбрать оптимальную схему лечения. На его ладонях почти каждый день в течение 45-ти лет лежало живое человеческое сердце, нуждающееся в помощи. «Моя война началась, но она никогда не заканчивается». Более сорока лет Николай Амосов сражался на передовой — в операционной, где каждый раз решался вопрос жизни и смерти. 

ПОКОРИТЕЛИ ГЛУБИН: ЦЕНА ОДНОГО РЕКОРДА

Она словно не принадлежала этому миру и была отделена от него прозрачной звуконепроницаемой стеной. Сжав губы в одну линию, она взошла на нырятельную лодку — и тут же уединилась, облокотившись на снасти. Ее взор был направлен внутрь себя. 

 
Испытания на пути к любви (продолжение о свиданиях с любимым городом)

Могла ли я подумать, что продолжение своих признаний в любви к Вильнюсу я начну с вопроса «Люблю ли я все еще этот город?». Пишу эти строки и с трудом верю. Не буду тянуть и отвечу сразу – «Да!». Но очевидно, что сам вопрос родился неслучайно и не без причины. В этот раз меня ждали в Литве не только открытия, по-прежнему удивительные встречи и эйфория от влюбленности, но и испытания - сложные, временами и местами даже опасные. Впрочем, испытания на пути к настоящей любви неизбежны (даже если речь идет о любви к городу), вопрос лишь в том, будут ли они пройдены.

БРЫЙ

Брый был человеком пустым и пропал зря.

Началось все с того, что много лет назад Брый – тогда еще Молодой Брый - ни с того ни с сего подался в моряки. В моряки! И откуда в его непутевой голове могла такая мысль взяться? – в нашей деревушке отродясь моряков не бывало. Может, потому что мы благоразумны от рождения, а может, потому что моря все, и озера, и даже реки судоходные лежат так далеко, что никто из наших их никогда не видал. А вот Брыйни с того, ни с сего захотел стать моряком. Захотел - и ушел из деревни, оставил отчий дом, отца и мать. Ушел, как сгинул, - и вернулся только через пятьдесят лет, когда уже и отец, и мать его давно лежали в своих могилах, опущенные туда чужими людьми, ведь Брыя на ту пору рядом не было. Никто и не знал, жив ли он.

 
КОРОНА НА ДВОИХ

         Они приходились друг другу кузиной и кузеном. О возможном браке между ними заговорили, когда они еще не достигли совершеннолетия. Браки по расчету в знатных семьях — обычное дело: ради укрепления влияния и финансового положения. Она — наследница английского престола, будущая королева Виктория. Он — бедный немецкий принц Альберт Саксен-Кобург-Готский. С тринадцати лет она знала, что займет престол одной из самых влиятельных и богатых стран в мире — и сделала своей кукле игрушечную золотую корону, словно примеряя ее на себя. Он же и предвидеть не мог, что в будущем разделит ответственность правления с королевой Англии и станет ее любимым мужем.

Родные мои ученики…

Густав Водичка — писатель, историк, общественный деятель и великолепный учитель.

Густав создает яркие произведения в малой литературной форме. Стиль Водички захватывает с первой фразы. Его хочется цитировать. Он пишет правду: о себе, о судьбах, о жизни.

Густав меняет людей и мир словом. Много лет он проводит курсы писательского мастерства, благодаря которым рождаются известные блогеры, публицисты, писатели. Сегодня Густав обращается к своим ученикам и ко всем, для кого слово имеет значение, для кого слово наполнено смыслом.

 
На свидание с любимым… городом. Часть первая

«У тебя здесь кусочек нашей Родины», — радуются мои друзья и коллеги из Литвы, приезжая ко мне на работу. В комнате для гостей репродукция литовского музыканта и художника Чюрлениса «Ангелы», в общей комнате акварельки литовских городов и огромная рамка в форме сердца с видами Вильнюса. Фотографии любительские, не выдерживают никакой критики. Но я точно помню, где и в какой момент они сделаны: мгновения счастья мозаикой по стене. Мои литовские гости просят экскурсии по Киеву, каждый раз оставаясь в восторге от нашего города. Я в Вильнюсе бываю часто, подолгу, и экскурсии давно устраиваю себе сама. Мои отношения с городом особенные: Вильнюс для меня не просто улицы, дома, соборы. Это каждый раз живые, очень наполненные дни, путешествия во времени и незабываемые встречи.

Пастушья сумка и другие приключения

Я вам сейчас расскажу, как все было на самом деле. И если Мишка будет возражать, вы ему не верьте. Это я первый с Валькой познакомился, а не он. Там вообще недоразумение вышло. Мы и с Мишкой-то подружились благодаря недоразумению. Я ходил тогда на плавание. Ну, я и сейчас хожу. Но тогда я тоже ходил...

Чудо происходит каждый день

Об Александре Петровиче Ломыкине сложно сказать в двух словах. Врач акушер-гинеколог, кандидат медицинских наук, заведующий отделением патологии беременности роддома № 6 г. Киева, чтец Свято-Троицкого Ионинского монастыря. Но масштаб его личности не измерить рангами и должностями. За день до нашего с ним интервью удалось побеседовать с другом Александра Петровича, священником, и обсудить, как говорится, нашего героя «за глаза». Более точную характеристику вряд ли можно услышать: «Александр Петрович — это ледокол, который постоянно ломает лед. Уверенно прожигает его силой своей веры, искренней молитвой. Этот человек влечет за собой целые караваны, там, где пройти вообще не реально, невозможно. Человек-решимость, я бы сказал. Очень редкий тип людей». 

 
1 2 3 4 5