Рубрики
Одесский театр "Нарния"

Бывали ли вы в Одессе? Не в курортной, летней, пляжной. И уж точно не в той, что нам в последнее время показывают в фильмах: бандитской, уголовной, подпольной. Бывали ли вы в Одессе – жемчужине культуры, истории, открытий? Для нас, редакции журнала «Фамилия», Одесса стала неотделима от литературы и театра после того, как мы познакомились с о. Владимиром и Наталией.

О молодежном театре-студии «Нарния» мы слышали уже не раз. И относились к этому явлению спокойно: действительно, чем сейчас удивишь современного человека? Но при личной встрече с «Нарнией» стало ясно, что оставаться равнодушными к тому, что делают создатели и участники театра, невозможно. После того, как мы впервые побывали на спектакле «Русские» (по повести Бориса Васильева «А зори здесь тихие…»), захотелось поделиться с нашими читателями своим знакомством. Приглашаем в закулисье молодого театра-студии «Нарния» на теплую беседу о временах и нравах, литературе, молодежи и о жизни как таковой.

РУКОВОДИТЕЛЬ ДУХОВНО-ПРОСВЕТИТЕЛЬСКОГО ЦЕНТРА «РУССКОЕ СЛОВО» ПРОТОИЕРЕЙ ВЛАДИМИР КОРЕЦКИЙ
РЕЖИССЕР МОЛОДЕЖНОГО ТЕАТРА-СТУДИИ «НАРНИЯ» НАТАЛИЯ БРЫЛЬ

– Расскажите историю возникновения вашего театра. С чего все начиналось, откуда пришла идея?
О. Владимир:
К вере я пришел, имея достаточно большой опыт педагогической работы. Как-то сразу возникло ощущение, что предыдущий период жизни нельзя перечеркивать. И моя нынешняя деятельность не начинается с нуля, а является логическим продолжением того пути, который я избрал после окончания школы. Служение у Престола Господня я начал в Тульчине Винницкой области. Там же был редактором епархиальной газеты «Православный собеседник». Вместе с моими друзьями и прихожанами мы организовывали духовные, патриотические, литературно-художественные вечера.

По возвращении в Одессу передо мной развернулся широкий фронт деятельности. Заключать свое служение только в приходские рамки казалось мне неправильным. Очень вдохновили слова Святейшего Патриарха Кирилла, постоянно призывающего священнослужителей активно идти в мир, в молодежную среду. Однако сфера применения моих сил некоторое время не обозначалась. Но ничего в нашей жизни не бывает случайным. Уверен, что явный Промысел Божий был в том, что однажды на улице я встретил свою однокурсницу по филологическому факультету университета, с которой не виделся около двадцати лет. Слово за слово, я понял, что передо мной не просто воцерковленный человек, а единомышленник. Стали думать, сопоставлять наши желания. Выяснилось, что у Наталии (а речь идет именно о ней) есть уже проекты, интересные наработки. Совместными усилиями мы начали создавать при приходе Духовно-просветительский центр «Русское Слово», ядром которого и стал театр.

Наталия Брыль:
Театр и дочь для меня понятия неразделимые. С первых самостоятельных школьных шагов Алиса болела театром. Он вовлекал в себя окружающих, т. е. играли и играют все и всё: класс, родители, учителя, обстоятельства… А в 2006 году в художественной школе им. К. Костанди «Нарния» обретает свое имя и площадку. Еще через несколько лет начинается то самое сотрудничество с Духовно-просветительским центром «Русское Слово» при приходе равноапостольных Мефодия и Кирилла.

– Существует много возможностей для привлечения молодежи в Церковь, почему именно театр?
Наталия Брыль:

Любое делание, а тем более творческое, – исповедально. Как думаешь, чем живешь, к чему стремишься – пытаешься найти в том деле, которое всегда было ближе и понятнее всего. Театр – универсальный язык и уникальная возможность говорить, просвещать, проповедовать, образовывать, бороться.

О. Владимир:
А мне выбирать не пришлось! Идея театра пришла в мой приход практически сформировавшейся. Знаете, как у Микеланджело: настоящий скульптор отсекает от мраморной глыбы все ненужное, и на свет является прекрасная статуя. Вот так и я, стараясь не навредить, что-то аккуратно отсекаю в Наталииных проектах. Но делаю это нечасто. Она – замечательный, очень талантливый мастер с ярко выраженным православным мировоззрением. А субъективно скажу, что театр очень люблю.

– Как выбираются произведения для вашего театра?
Наталия Брыль:

Высшим наитием. В ходе работы ответ становится понятен. Даты, события, имена определяют задачу, а значит, появляются необходимые пьесы, стихи, песни. Есть здесь и злоба дня, и вечные истины, и непременный «обжигающий сердца» глагол. Тоска по тому, что любим, чему не можем дать погибнуть, ностальгия и последняя битва. Поиск Христа, попытка говорить о Нем детям, зрителям, миру… Не я нахожу тему, а тема находит меня.

О. Владимир:
Опыт работы с Наталией утвердил меня в мысли, что навязать ей какое-нибудь произведение для постановки просто невозможно. Зачастую идеи нашего режиссера первоначально вызывают у меня удивление и недоумение: почему, зачем она хочет взяться именно за эту вещь? Но доверяешь творческой интуиции художника. Даешь благословение. Проходит время – и появляются замечательные спектакли.

– Приоткройте нам трудовые будни театра. Ведь мы, зрители, видим только представление, а что происходит «до» и «после»?
Наталия Брыль:

Упоительный каторжный труд. Без выходных для меня. Репетиционный день – воскресенье, после Литургии, потому что артисты учатся, работают. Можете представить, как им трудно отказать себе в отдыхе и посвятить день тяжелой форсированной работе. Поэтому выпуск каждого спектакля проходит в постоянном напряжении, спешке, и бывает, что премьера является одновременно генеральной репетицией.

О. Владимир:
Открою секрет. Каждый раз на репетиции я с ужасом ожидаю… провала спектакля. Создается ощущение, что работа совершенно не идет. Крики, шум, смех. Разговоры на посторонние темы. В творческий процесс вмешиваюсь редко. На Наталию в эти минуты бывает тяжело смотреть: в непрерывном напряжении звучат призывы к порядку, к активной работе. Но, видимо, и в такой обстановке дело движется.

И когда ребята на сцене – поражаешься совсем другому: хорошему уровню игры, серьезности, собранности, концентрации.

Ну а после спектакля мы, как правило, не расходимся. «Нарния» ведь не просто театр, это братство! Так что садимся за стол и начинаем «переваривать» произошедшее.

– Кто может играть в вашем театре?
О. Владимир и Наталия Брыль:

ВСЕ!

– По вашим наблюдениям, театр меняет как-то жизнь молодежи, которая в нем участвует? Ваших зрителей?
О. Владимир:

Перемены, конечно же, происходят. Наверное, это вызовет улыбку (причем грустную), но большинство наших актеров знакомятся с классическими произведениями только тогда, когда мы начинаем над ними работать. Кстати, репетиционный процесс сопровождает достаточно серьезное ознакомление и с литературным первоисточником, и с экранизациями, и с театральными постановками. Так что и «Гамлета», и «А зори здесь тихие…» (называю последние работы) ребята узнали, что называется, по ходу. Не будет преувеличением сказать, что их интеллектуальное развитие растет параллельно со стажем пребывания в театре.

Убежден, что в душах наших ребят также происходят глубокие духовные перемены, но их плоды будут видны не сразу. Пока же могу сказать, что у многих идет процесс серьезного воцерковления.

Наталия Брыль:
Мы действительно работаем на будущее. И самих ребят, и жизни. Театр – таинство общения, и ждать скороспелых плодов не хотелось бы. Аплодисменты, добрые слова, искреннее сопереживание – прекрасная награда за душевный и физический труд. Но главная встреча – с самими собой – им еще предстоит.

– Расскажите какие-то интересные случаи из жизни театра.
О. Владимир:

Мой ответ связан с предыдущим. Вот что бывает, когда с произведениями знакомишься только во время работы над ними. Наш актер, сыграв в «Дон Кихоте» одну из главных ролей, очень захотел прочитать одноименную книгу. Взял в библиотеке два тома Сервантеса и, придя домой, очень удивился: а где же стихи? Книга написана в прозе и достаточно сложной манере. Между тем на сцене герои спектакля говорят красивым легким поэтическим языком. Только тогда выяснилось, что стихами «Дон Кихота» переложила Наталия, по скромности умолчав о своем авторстве.

– Как вы думаете, какая она, сегодняшняя молодежь?
О. Владимир:

Хорошая она! И тяжело ей. В конце концов, ребята не виноваты в том, что классическая литература, по существу, ушла из нашей школы. Им забивают головы глупостью и пошлостью. Или еще хуже: ложью, умышленной фальсификацией давней и недавней истории нашей единой Русской земли. Но как часто и на сцене, и в зрительном зале мы видим чистые и добрые глаза молодых людей! Глаза тех, кто не хочет жить по закону века сего. Есть у ребят желание, внутренняя потребность прорваться через пелену, через барьеры. Прорваться к Истине!

Наталия Брыль:
Любимая она – наша молодежь. Они – наши дети. А душеформирующее пространство «Нарнии», надеюсь, поможет им понять – насколько НАШИ.

– Мы знаем, что вы филологи по образованию. Подскажите, какую художественную литературу необходимо поставить на книжную полку и обязательно прочесть каждому человеку?
О. Владимир:

Наверное, все же, в первую очередь, молодому человеку? Не буду оригинален: Пушкин, Лермонтов, Гоголь, Достоевский, Шмелёв, Чехов. Из зарубежных назову Диккенса и Грэма Грина.

Наталия Брыль:
Льюис! «Хроники Нарнии» я взяла бы с собой в Вечность! Честертон, Голдинг, Шекспир, Мильтон, Данте, Сабатини, Брэдбери, Никифоров-Волгин, И. Ильин, Каверин…

– Есть ли современные авторы, которые заслуживают внимания? Ставите ли вы что-то из современников?
О. Владимир:

Андрей Вознесенский говорил о том, что существуют два варианта определения поколений. Есть привычный – хронологический. Такой вариант поэт назвал горизонтальным. А есть вертикальный – когда современниками становятся личности одной позиции, одних взглядов, «одной крови» (вспомните Киплинга). Вот потому каждый наш спектакль, даже если на сцене Шекспир или Сервантес, – это спектакль современного автора и на современную тему.

Наталия Брыль:
Я современник XX века.

– Каков девиз вашего театра?
Наталия Брыль:

«Пустите детей и не препятствуйте им приходить ко Мне, ибо таковых есть Царство Небесное» (Мф. 19:14).

О. Владимир:
(Улыбается.) Как у любого человека, связанного со сценой, у меня есть определенные заготовки для выступлений в различных аудиториях. Думаю, что это не штампы – вообще, импровизируем мы с Наталией достаточно часто, – но именно заготовки. К некоторым из таковых наши актеры уже привыкли. Однажды я в очередной раз сказал, что театр «Нарния» для всех нас, его участников, является… И тут за спиной одна из актрис вполголоса произнесла: «…оазисом». Очень надеюсь, что эта реплика не была просто дружеской подколкой. Чтобы весь нарнийский молодняк понял, чем является наш театр в это нелегкое время. Вот вам и девиз: «Нарния» – духовный оазис!

– Пожелание нашим читателям.
О. Владимир:

Очень надеемся на скорую встречу в зрительном зале!

Наталия Брыль:
Всегда радуйтесь!

От редакции
Недавно моя знакомая наблюдала в супермаркете такую сцену. Кассирша ни за что не хотела продать пиво юноше, который, не предъявляя паспорта, говорил, что уже совершеннолетний. Тот стал уже переходить на повышенный тон, но продавщица спокойно убрала банку пива и сказала: «Следующий». Моя знакомая не удержалась и подошла поблагодарить работницу магазина. На что та ответила: «Что ж я, наших детей травить буду?». «Наших детей» – это было и остается ключевым. Пока вокруг нас есть те, кто говорит слово «наши», применяя к детям и старикам, нам не грозит «мерзость запустения». Увы, тех, кто может смело заявить такую позицию, не так много. Но если каждый, служа своими талантами и дарованиями, станет оглядываться по сторонам, понимая, что ошибся классик, сказав, что «человек человеку бревно», мы будем жить!

P.S. Искренне благодарим создателей и участников театра-студии «Нарния» за светлое и теплое чувство, которое они дарят. Будете в Одессе – не лишите себя возможности посетить «Нарнию»!