Рубрики
Good-bye Америка

Мы упустили тот момент, когда наша семья слишком зациклилась на качестве жизни. Следуя последним тенденциям, советам близких и друзей, подчиняясь быстрому ритму жизни, мы изо всех сил стараемся обеспечить все необходимые и даже не очень необходимые удобства. Пытаемся подчеркнуть свою состоятельность дорогими вещами, новейшей техникой и прочим. Мир разделился на две части: мир людей и мир вещей – какой из них главнее? Вещи для людей или люди для вещей? Ответ очевиден, но почему мы добровольно и так легко попали в плен? Даже если представить, что все необходимое для жизни у нас есть, будем ли мы удовлетворены полностью?

Во время последнего полета в США мы с мужем сразу попали в зону повышенного комфорта. Мне не раз приходилось летать на разных авиалиниях: голландских, немецких, швейцарских, но такого особенного обслуживания я еще не видела. Это был трансатлантический рейс из Европы в Америку, в город Бостон. Не успели мы взлететь, как пассажирам тут же стали разносить напитки. Нас посадили на места лучше тех, которые были заказаны, возможно, потому, что мы летели с кошкой, которую зарегистрировали на рейс еще за несколько недель до полета.
Еда тоже была лучше той, к которой мы привыкли в самолетах. После приземления, нас довезли до крыла аэропорта, где можно было взять машину. Компания мужа оплатила аренду автомобиля, но после заминки с оформлением, нам выдали машину классом выше, чем было положено. Мы доехали по навигатору в пригород Бостона, город Волсем, где уже был готов номер в отеле. Наша компания обеспечила нас хорошей страховкой, которая предусматривала даже покрытие расходов на роды.

На следующее утро мы поехали в магазин за продуктами. В продуктовых магазинах есть все, что пожелаешь – хорошего качества и по доступным ценам: любые фрукты, даже самые экзотические, круглый год; красная рыба, форель, всевозможные морепродукты, в том числе устрицы, лобстеры; мясо разных сортов.

Мы приехали в Штаты в августе, когда все было зелено – нетронутая первозданная природа в парках и лесах, широколистые деревья, переплетенные диким виноградом, разнообразные травы насыщенного изумрудного цвета, яркие цветы, радующие красками до конца октября, морской влажный воздух и милые опрятные домики с ухоженными клумбами. В Массачусетсе очень много парков, лесов, резервуаров и заповедников, в которых можно увидеть оленей, зайцев, бурундуков и змей, а возле озер и рек – канадских гусей, диких лебедей, чаек и пестрых птиц. Большая часть лесов имеет трассы здоровья, к деревьям прикреплены таблички с указателями маршрутов, при входе можно взять план-схему со всеми маршрутами. Там даже оборудованы бесплатные места для гриля. Все вместе создавало ощущение того, что мы попали в сказку, в уютный райский уголок.

Мы стали всерьез задумываться: а не остаться ли здесь навсегда, укрывшись от неопределенности, нестабильности и неустроенности современной жизни в Украине? К чему я все это рассказываю? В окружающем комфорте, который сделал нас более уверенными и в себе, и в завтрашнем дне, став более спокойными, мы почувствовали безопасность и расслабились. Наша «внутренняя борьба» с внешними обстоятельствами ослабла. И мы очень быстро привыкли к этому комфорту и стали все воспринимать как должное.

Через пару месяцев мы сняли квартиру в соседнем городе Фремингхем, в районе, расположенном недалеко от православного храма Святого Иоанна Шанхайского. И только через время заметили, что стали меньше молиться, перестали ездить на вечерние службы, хотя продолжали посещать воскресные богослужения. Я почувствовала, что стала «духовно засыпать», меня все меньше волновали вопросы о спасении души, меньше стала размышлять о Боге. Через пару-тройку месяцев я почувствовала, что мне чего-то не хватает в жизни, причем с каждым днем это чувство становилось все сильнее и сильнее. Может, это тоска по родным и близким? Может, желание быть кому-то полезной? Внутренний голос говорил что-то невнятное, пресыщенность внешним телесным комфортом мешала разглядеть и понять, в чем же проблема. Я пошла на курсы английского, на йогу, но все это имело отвлекающий, временный эффект. Никто не нуждался в моей помощи, сочувствии и жалости, я все меньше испытывала подобные чувства, и это было ужасно.

Прошло буквально несколько месяцев и меня стали посещать мысли о смысле жизни. Для чего я живу на этом свете? Чувство отчужденности, оставленности и одиночества в этом сытом, благополучном обществе стало очень острым. Все потихоньку вызывало отторжение и раздражение: американская деликатность, чужая речь, ухоженность и предупредительность.
Бесценными, дорогими и красочными стали воспоминания о Киеве, о родных местах, где росла и училась. Они всплывали в воображении яркими, теплыми вспышками, поэтически живописными и трогательными до слез. Ощущая себя частичкой родных мест, я мысленно бродила по знакомым улочкам, паркам и дворикам, любовалась листьями киевских каштанов, с которыми играет ветер, молчаливыми цветами, послушными и печальными ивами, склонившими свои ветви в воду, небом без времени и ослепительным солнечным лучикам, сверкающим в днепровских волнах. Мне, бывало, становилось очень грустно без видимой на то причины и страшно от того, что я больше никогда не смогу побывать дома.

Тем временем мы продолжали общаться с нашими людьми, прихожанами, мигрантами – уже гражданами Штатов. Они казались довольными и радостными, приходили на службы большими семьями в три поколения. После каждой службы у нас было общение за чашкой чая. Храм стал частичкой родины для нас, а возможность общаться на родном языке казалась роскошью. Многие рассказывали истории о том, откуда они, чем занимались на родине, о близких, о том, как поменялась жизнь к лучшему после переезда в Штаты. Но грусть по родине проглядывалась даже через налет благополучности и веселости. Особенно это было заметно, когда они пытались убедить других и самих себя в том, что сделали правильный выбор, переехав в Штаты, сравнивали качество жизни двух стран и находили бесспорные плюсы в Америке. Иногда такие убеждения больше походили на медитацию.

У каждого своя история борьбы, преодоления тоски и одиночества в чужой стране и укоренения на другой почве своей новой родины. Одна женщина, которая переехала в Штаты сравнительно недавно, семь лет назад, поделилась своей историей. Для нее самым тяжелым был первый год жизни за границей, часто хотелось бросить все и вернуться домой, затем тоска и грусть по родине стали приходить все реже. Она выработала механизм борьбы с этими захлестывающими чувствами: не сдерживай слез – плачь, думай о других людях, которым гораздо тяжелее в жизни, чем тебе, не забывай о своей семье, найди хобби, которое приносит удовольствие, постоянно веди блог и общайся с нашими женщинами.

Для меня это был опыт самостоятельности. Я родила ребенка в Штатах, а через некоторое время мы приняли решение сменить работу и вернуться домой. Жизнь в длительных командировках и постоянных переездах оказалась не для меня.

Мы не выбираем родину, мы любим ее не за успех, материальные блага и комфорт, скорее за ее неповторимые особенности, которых больше не встретить нигде. Мы выросли здесь и вросли в нее, приняли ее такой, какая она есть, стали ее частью. Тот, кто не жил за границей, этого не поймет.

Комфорт и внешняя стабильность приносят очень короткую радость. Маленькие радости, такие как: бежать и успеть на последнюю маршрутку, уступить место старушке, пройтись под весенним слепым дождем, бродить по вечернему городу, любоваться его архитектурой, купаться в фонтане, рвать цветы, собирать их в букеты – теряются, становятся недоступными для сытой души. Постоянное потребление всего нового втягивает в водоворот, не принося удовлетворения. Постепенно такая жизнь теряет смысл, мы как будто сливаемся с внешними вещами, становимся тенью самих себя. Душа ищет выход из толстошкурой темницы комфорта, ей душно и тоскливо без Бога. Мы закрываемся от ее сигналов как только можем, чтобы не слышать боли и плача порабощенной внешним души, которая всегда находится в поиске смыслов и истины. Эта боль – большой дар нам, людям, а внешнее спокойствие и достаток никогда не заменят внутренних потребностей. Самое главное – это сделать честный выбор между внешним благополучием и внутренним миром, хотя он может быть не логичным и не совсем понятным для окружающих. Каждый делает свой выбор, и после этого на душе становится спокойно и ясно.