Рубрики
Эволюция отцовства

В поликлинике день грудника. Мамы малышей счастливо улыбаются, «агукают», быстро знакомятся, делятся опытом, пересчитывают зубки и складочки. Другая категория посетителей - папы, взятые за «компанию». Дезориентированные в больничном пространстве – они сильно смахивают  на собственных  беспомощных грудничков. Они мечтают об одном - телепортироваться за тысячи километров от больницы.  Долгое время и я проводила «клинические испытания» выносливости супруга, пока не смирилась с мыслью, что совместное посещение детского педиатра - далеко не самое лучшее событие в его жизни. А перспектива провести утро в обществе чужих кричащих младенцев равносильна стихийному бедствию.

 

 

 

 

Мама. Папа. Найди десять отличий…

Мамой я стала сразу – как только мне «вручили» маленький трёхкилограммовый сверток. Мне было девятнадцать. В то время детей не выкладывали на материнский живот «для возникновения эмоциональной связи», и когда на свет появился мой сын, его, туго спелёнатого, увезли в противоположный конец больничного коридора. Первые сутки ребенка не приносили – из-за резус-конфликта. Сжимая кулаки, я прислушивалась к «грохоту» тележки, «укомплектованной» младенцами, пронзительно тоскуя, когда на «раздаче» опять не было моего… Сына я не видела, но уже исступленно любила его!  

На рекламных картинках, на глянцевых фото в журналах счастливый отец трогательно и нежно целует сморщенное личико или прижимает к себе только рожденного малыша. Одобренная современным обществом и социальными сетями модель совершенного отцовства в разы отличается от реальной картинки. Разница между соответствовать и стать – колоссальная, в «миллионы лет развития».  К сожалению, папам не дано – так сходу, безусловно полюбить ребенка. По крайней мере, не всем.  К новому крошечному существу, навсегда ставшему частью жизни, «новоиспеченному» папе надо привыкнуть.  

В статье «Жизнь после родов, о которой никто не предупреждает», опубликованной в интернете, автор делится своими «открытиями», предупреждая, что за мимишными фото с младенцами не разглядеть непоэтичного, под час болезненного, восстановления после родов, проблем с грудью и «кормежками», отсутствия времени не то что на себя, а вообще отсутствия понятия я и себя.  И все же, несмотря на «отягчающие» обстоятельства, женщина восхищается своей причастностью к чуду рождения новой жизни. Трижды побывав роженицей, поражаюсь способности женщин через пять минут после перенесенных страданий счастливо смеяться, умиляясь красным сморщенным личиком. 

По всей видимости, «стартовый набор» любви, терпения и «звериного чутья», необходимого, чтобы реагировать на все важные потребности младенца, выдается мамам «в комплекте» с ребенком «по умолчанию», как необходимый минимум после девяти месяцев «совместного пребывания», в то время как папам, дается только смутное чувство неотвратимости происходящего. Вот только что ходила, с животиком, любимая жена – улыбалась загадочно и раз – все ее внимание поглощено существом, умещающимся в папину туфлю… И чтобы соответствовать всем канонам «сознательного отца», мужчине предстоит пройти нелегкий путь… 

Первый блин комом.

Господь дал нам пройти почетный путь «родительства» дважды. Не так давно из семейного гнезда один за другим «выпорхнули» два красавца-сына. Вырастив сыновей, мы снова вернулись к «колыбелькам». Теперь две замечательные дочки наполняют нашу жизнь смыслом и радостью. Что было в нашем первом «блинно -комовом» родительстве? Моё: «Детьми никто не занимается, кроме меня». Мужнино: «Пусть сами себя развлекают и играют. Меня в детстве никто не развлекал, со мной никто не играл». Он, конечно, был прав - с ним действительно никто не играл. И не учил уроки. И не спрашивал: «Как ты? Чего ты хочешь? О чем мечтаешь?».  

Долгое время, сокрушаясь по поводу отцовских качеств мужа,  я,  наконец, «врубилась», что он просто-напросто понятия не имеет – как быть отцом. В «программном обеспечении» супруга напрочь отсутствовал файл - «хороший отец». Но все это я поняла гораздо позже, а тогда, много лет назад, с особым рвением организовывала семейные принудительно-оздоровительные прогулки в парке, сокрушаясь по поводу «оттенка усталой обреченности», неизменно проступающем на родном лице. Конвоировала папу и детей на детские площадки, организовывала пикники и дружеские посиделки с друзьями, у которых тоже были дети. 

Что было моей ошибкой? Ожидание – я все ждала, что муж станет «нормальным» отцом. С удовольствием пойдет на родительское собрание или устроит «мальчиковый поход» в цирк или кино. Ждала, что он радостно «побежит» со мной в магазин выбирать сыновьям новые курточки и потратит кучу времени и денег на детские желания… Я хотела невозможного - чтобы наш «недозревший»  папа проявлялся и действовал как «отец разумный». Прошло время. Смирившись с мыслью о том, что слепить хорошего отца из мужа не получится, я отменила «обязательные прогулки» и перестала «насильно» включать его в «папы положительные». 

Единственное, что я продолжала делать с завидной регулярностью - напоминать несознательному элементу  о важности присутствия отца в жизни ребенка. Понимая значение слова «присутствие» буквально, он действительно присутствовал – минут пять перед сном. Муж соглашался со своей «важностью» формально -  не особо парясь, почему так важен для мальчишек,  и  что, кроме головной боли,  могут привнести в его жизнь они. Он, будто бы, был отцом не по убеждениям, а по принуждению. Ответственность за своих сыновей брал с трудом, с надрывом, всем существом сопротивляясь чувствам, сопровождающим настоящее отцовство.

Трудным путем  эволюции.

Видимо, Господь хотел «выжать» из мужа весь отпущенный ему «родительский потенциал», и когда сыновья выросли - у нас родилась дочка. Именно с ее появления началось медленное «восхождение» нашего папы к «высокой форме отцовства». С улыбкой вспоминаю, что инициация в «отцы-заботливые» была пройдена им при помощи жестокого обряда смены памперса. «Дуй домой! Она покакала!», – истерично кричал в трубку муж.  Когда я «экстренно» вернулась, «вымытая» дочь уже расхаживала по дому в чистом подгузнике, одетом задом наперед. Это был мощный «квантовый скачок» папы на новый уровень. Хорошо зная мужа, я отлично понимала – каких усилий стоил ему «подвиг заботы о дочке». 

Во время мужниного возрастания в отца-разумного, я сделала несколько важных открытий. Открытие первое. Появление Отца настоящего - процесс «эволюционный». Как и у всякого процесса – у эволюции отцовства есть факторы, ей способствующие, а есть – сводящие на нет любой прогресс. Папино становление происходило у нас сложно – скачкообразно. Пытаясь подтолкнуть мужа к следующей «высоте», я вменила ему в обязанность чтение сказок. Этот «эксперимент» серьезно сказался на здоровье эволюционирующего организма. Папа стал испытывать жестокие приступы сонливости – вырубаясь за секунду прямо посреди первого абзаца.  Сказать, что я злилась – ничего не сказать! Я – негодовала! 

Значит, с друзьями, гостями, клиентами он часами может тратить свое драгоценное время, что становится страшным дефицитом для ребенка!  «Почему рядом с дочкой тебя сразу клонит в сон?» -  раздраженно спрашивала я.  Муж одевался в броню непроницаемости – подозреваю, - для него это тоже являлось феноменом.  Скорее всего, причины были чисто технические. Опция «посидеть с друзьями» в него встраивалась ярким папиным примером с раннего детства, а вот опция «почитать ребенку» - отсутствовала на «панели управления». У меня «родился» инсайт - упреки и эволюция в деле выращивания отцов – вещи несовместимые! Только тогда, когда я начала замечать даже крупинки хорошего, дело пошло на лад. 

Конечно, чтобы дойти до такой «мудрости» я и сама эволюционировала. Это поначалу я «пилила» и «ломала», а однажды, в момент очередной «дежурной спячки», в сердцах вручила дочке фломастеры и не стала препятствовать, когда та начала выводить кружочки и загогулинки на папиных щеках. «Ну и пусть рисует», - мстительно решила я и пошла на кухню – обеспечивать себе алиби. Дочь «оторвалась» на все папино лицо и футболку. После пробуждения ничего не подозревающий супруг вышел на крыльцо покурить - синяя абстракция на колючих щеках в густых клубах сигаретного дыма выглядела впечатляюще, а фото, запечатлевшее дочкино творчество, выиграло в конкурсе. 

«Папский» час мы перенесли – на вечер. Папа по-прежнему засыпал мгновенно, а рядом, пригревшись, начинала сопеть наша маленькая фея. Теперь я не возмущалась способностью мужа засыпать мгновенно, а радовалась свободе от «укладывания». По всему выходило, что развитие показателей отцовства в моем мужчине шло в разы быстрее, когда я переставала «настаивать» на своем видении процесса, а вместо упреков искренне, от чистого сердца «восхищалась» и благодарила. Вообще мужчине, возрастающему в лучший вариант отца, необходим каждодневный полив – благодарностью. Чтобы важное и доброе дало всходы среди сорной травы в изобилии растущей в голове «развивающегося» папы. 

Папа не знал, да и не особо интересовался – чем живет дочка, понятия не имел - почему ребенок на строгой диете, и когда у нее утренник в детском саду… Мне казалось, что с точки «не интереса» «стартует» равнодушие мужа к «детским делам». Равнодушие было серьезным препятствием для  подъема по лестнице эволюции - и наш папа долго «топтался» на одном месте. Но пути Господни неисповедимы – мы оказались одни, в чужом городе, и у нас родилась еще одна дочка. Малышка кричала круглосуточно. Этот крик сначала откинул мужа назад в несознательного папу, «убитого» поздним отцовством. Но именно появление второй дочки в дальнейшем способствовало его восхождению к самым немыслимым вершинам. 

Вопрос доверия.

Отсутствие родственников и помощников в нашем ближайшем окружении способствовало и моему «росту» в сложном измерении – доверять. Путем проб и ошибок я поняла: в деле ухода за детьми мужчина «разбирается» хуже, чем женщина. Но если все делать самой, он так никогда и не познает вкуса простого «бытового отцовства». Обычное амплуа нашего папы – это «папа-праздник». Его редкое пояление на семейном горизонте почти всегда сопровождалось интересной  прогулкой, совместным походом в гости, или, наоборот, приходом гостей, превращая обычный день в яркое приключение. Программу папиного пребывания в семье неизменно составляла я, и за много лет искусственное усиление яркости жизни в присутствии мужа, стало чем-то само собой разумеющимся.  

В гостях или с гостями папе опять было не до детей и мне казалось, что я - главный режиссер пьесы абсурда. Настаивая на том, чтобы муж почаще проводил время с детьми, я умудрялась так «организовать» наш единственный выходной, что дети встречались с папой минимально.  Однажды,  вместо очередной совместной вылазки, я оставила свою команду дома, а сама отправилась на важную встречу. Конечно, я места себе не находила все два часа, что отсутствовала на «вахте», но вернувшись, успокоилась - дети живы-здоровы, и отлично провели время. Постепенно, день за днем, я увеличивала поле деятельности мужа. Теперь, в «папин» выходной, дочки проводили время именно с ним – что было и «огромной» нагрузкой для растущего папиного сознания и серьезным движущим фактором эволюции. 

Подгадывая время, я доверяла мужу «прикорм» младшей. «Взбей блендером отваренные овощи и кусочек мяса», - диктовала я мужу порядок действий по телефону. «Все ок, супом покормил, укачиваю», - ответная смс меня успокоила. Спустя два часа я с удивлением рассматривала в кастрюле полностью «обглоданную» ногу кролика. «А где остальное мясо? Доели?», - уточнила я. «Ну так ты ж сама сказала с овощами его взбить», - муж смотрел на меня с удивлением. «Ты что, скормил пятимесячному ребенку целую кроличью ногу?», - земля зашаталась и стала уходить у меня из-под ног. После фразы: «Та скока там той ноги», - я в панике бросилась звонить педиатру... Меня «попустило» только утром, когда я убедилась, что у малышки нет  признаков несварения. 

Можно выдохнуть. И снова доверять -  в следующее свое отсутствие… Сложно было – доверить мужу самое дорогое. Особенно, с учетом «черного списка» мужниных «боков» за время пребывания на должности папы. С ним дети увлеченно творили то, что я в трезвом уме и здравой памяти не допустила бы ни при каких обстоятельствах! Нахлебаться морской воды, набрать ее в уши – легко! Попробовать свежевыпавший снег и полакомиться сосулькой – какая ж зима без этого? Не мыть руки перед едой – нет проблем, мы руки не пачкаем, чтобы их мыть постоянно.  Наелась песка на площадке? Ничего, мы ж руки все равно не мыли – пусть организм привыкает бороться с бактериями.  Сонных уже детей подбить на подушечную битву – так ведь весело же! Успеют еще выспаться. Захотят спать – уснут... Попозже. 

 Пока я нервничала и контролировала, все, установленные мной правила и порядки нарушались и лишались своего статуса легким мановением папиной руки. А сам муж напоминал мне инфантильного обидчивого Карлсона, втягивающего Малыша в сомнительные приключения… Мне было страшно – доверять… Для меня лично – это как в омут с головою. Но без погружения в доверие эволюция рискует зайти в тупик. Или «ошибиться» - выкинув и отбраковав некачественную ветвь развития… Настоящим откровением для меня стала прямая взаимосвязь моего доверия супругу с его лучшими проявлениями в отцовстве. Чем больше становился кредит доверия у меня, тем больше творчества и самостоятельности проявлял супруг в деле воспитания дочек.  

Чудеса случаются…

Научившись «замечать» хорошее, я вскоре снова сделала удивительное открытие – хорошего становится больше. Вот только на мужчин, гуляющих  со своими детьми,  я  смотрела как на одно из чудес света, понимая, что мне такое благословение «не светит». А потом – первое семейное путешествие на машине. Я уходила на целый день – на семинар. А муж оставался «на хозяйстве» и…  гулял с детьми! 

Вечером, после моего возвращения он радостно несся на свободу - «покурить». Помню, как смеялась во время поисков мужем зажигалки. Из нагрудного кармана он «добыл» игрушку, надкусанное печенье и… аккуратно сложенный памперс. Зажигалки там не было. Новая интерпретация «джентельменского набора» растрогала и порадовала… Через три дня совместного пребывания с дочками папа назубок знал содержание четырех сезонов «Свинки Пеппы», чихал «шепотом», и автоматически «реагировал» на детский плач. После возвращения «оттуда» ему ничего не стоило вывести наш «выводок» на прогулку в парк, а я, воодушевленная успешным ходом эволюции с легкостью решилась на новую поездку.

 Испытание для отца предстояло серьезней – целых пять дней в обществе дочек. И он снова справился! Не без шишки конечно и не без очередной порции съеденного песка. Подозреваю  – папе понравилось проводить время с детьми. Мне оставалось только одно – искренне и ненавязчиво восхищаться тем, каким замечательным отцом стал мой супруг… В любой истории ждешь хеппи-энда. Но я совру, если скажу, что над нами теперь всегда сияет небо в алмазах. Родительство – это бесконечный путь. Это труд, вкладываемый не только в детей, но и в родительское становление друг друга. Карабкался на «следующий уровень» муж, а вместе с ним плечом к плечу ползла я, потихоньку «прозревая», чтобы учиться видеть в инфантильном супруге взрослого мужчину, способного отвечать за своих детей.  

 Проходя свои «этапы развития», я училась ценить любые крохи тепла и внимания, что доставались детям от папы.  И эти, замеченные мною крохи, давали всходы. Муж чувствует свою в разы возросшую отцовскую компетентность, и ему, без сомнения, комфортно в этом новом качестве. Он - с удовольствием «обосновался» в жизни старшей – поет с ней в школьном хоре, стал самым «популярным» папой у ее одноклассников. Бесконечно снимает на видео младшую и «восхищается» обоими. У них - свои «обряды» кормления белок и птиц, любимые места для прогулок. Младшая демонстративно вытягивает вперед ручку, когда я провожаю их до дверей: «Нет, мама! Я паду с папой!», - останавливает меня строгим взглядом… Такие радостные моменты не стали для нас чем-то обычным, каждодневным.  Папа по-прежнему занят, но все чаще у него находится время и силы для семьи…  Оказывается, хорошими отцами не рождаются. Ими становятся.  Возрастают в отцов.  Мне повезло – я стала участницей и свидетельницей перевоплощения одного из них …