Рубрики
Аксессуар счастья, или Платье для женщины средних лет

В 1988 году ЮНЕСКО причислил нашего гениальнейшего педагога А.С. Макаренко к величайшим людям, определившим педагогическую теорию и практику в XX веке. А лично я открыла для себя Антона Семеновича лет через двадцать пять после утверждения ЮНЕСКО, будучи уже женщиной далеко за тридцать, обремененной всеми возможными жизненными ошибками. Но, как говорится, лучше поздно, чем никогда.

 

Итак, я читаю большое интервью А.С. Макаренко о семейном воспитании и дохожу до темы женских платьев. Антон Семенович говорил, конечно же, не о фасонах и количестве этих самых платьев, он говорил о важности четких приоритетов — о счастье, об активной, осознанной и деятельной жизни… Но я все это пропускаю мимо ушей, как пустой звук, а вот рассуждения комсомолки-отличницы, которые А.С. Макаренко приводит как верх глупости, кажутся мне не лишенными некоторой логики. Эта девица в споре о том, кому их них шить новое платье, говорит своей матери:

— Да что тебе нужно? Тебе тридцать восемь лет, сколько тебе осталось жить, а я молода, мне нужно жить!

Действительно, зачем тридцативосьмилетней женщине новое платье? Она что, замуж собирается? Пусть доченьке будет новое, а она в старом перебьётся.

Вот моя мама, например, никогда не шила себе новых платьев. Никогда, кроме того злосчастного раза, когда ей нужно было вместе с папой идти на свадьбу к дяде Сене.

Дядя Сеня — красавец, сердцеед и холостяк номер один нашего маленького городка. И вот, когда, наконец, нашлась принцесса, взявшая эту неприступную крепость, в самом шикарном по тем временам месте была назначена «свадьба века». Гости — весь цвет города. Ударить в грязь лицом перед таким обществом моим родителям было никак нельзя, и примерно за месяц до назначенной даты начались разговоры о мамином платье.

К слову сказать, с нарядом для папы все решилось быстро. Мама купила ему самый дорогой костюм, три рубашки на выбор и, по-моему, были даже запонки, но не берусь утверждать точно, слишком уж фантастично выглядит это мое воспоминание.

С платьем для мамы все оказалось намного сложнее. Невозможно просто пойти в магазин и купить вечернее платье для женщины средних лет. Это трудно сделать сейчас, а в те дефицитные советские времен уж тем более.

Во-первых, сложно найти нужный фасон, цвет, размер и еще чтобы цена была адекватной.

Во-вторых, трудно определиться, с тем, что же ты хочешь, после того как в течение ряда лет твоя жизнь состояла только из работы, заботы о маленьких детях, постоянных трудностях, а из праздников — только день учителя в школьной столовой и семейный новый год в фартуке и с каплями пота на лбу.

В-третьих, куча советчиц в виде заинтересованных соседок наперебой сбивают с толку.

У мамы было красное парадно-выходное платье, как она говорила, "из настоящего китайского шелка". Платье чудесное, но было так же ясно, что оно — не вариант. Это платье мама надевала всегда, когда была не в халате или не в юбке со свитером. Мама это и сама понимала; повертела его в руках и со вздохом констатировала соседке тете Маше, что придется разориться и купить себе что-то новое. Причем интересно, что костюм папе (не первый по счету, кстати) был куплен совершенно без всяких вопросов, а то, что придется тратить деньги еще и на свой наряд вызывало у мамы сожаление и даже какое-то чувство вины.

Но, наконец, мама решилась, и однажды вечером, я наблюдала, как соседка тетя Маша придирчиво и пристально оценивает мою прекрасную сияющую маму в новом платье.

Мама была в нем настоящей красавицей. Платье ей удивительно шло. По белому фону — рассыпаны нежно голубые и розоватые цветы. Мама, как по волшебству, преобразилась, превратившись из усталой женщины в порхающую фею. 

Хорошо помню, как тот восхитительный миг разрушил скрипучий голос тети Маши. Она говорила маме, что платье само по себе хорошо, но на свадьбу не пойдет, так как у него белый фон. А белый на свадьбе позволительно носить только невесте. Да и не девочка мама уже, чтобы носить такое легкомысленное платье. Надо быть солидной и не выделяться из круга других дам. А все другие дамы на свадьбе будут в блестящем темном бархате. 

Мама сникла. А потом пошла на эту дурацкую свадьбу в черном платье. Оно тоже смотрелось на ней хорошо, но мама не летала. Она как бы предала себя, и это стало фатальной ошибкой. Ее красота ушла. Та настоящая красота, в которой есть жизнь и радость. Осталось что-то чисто внешнее, формальное, мертво-глянцевое.

С тех давних пор прошло много времени. Я дожила до маминых лет и даже стала старше. И, так же, как и моя мама, я много раз в жизни предавала себя: надевала что-то неудобное, чтобы кому-то понравится, покупала что-то слишком модное, чтобы быть, как все, или дешевое, чтобы сэкономить. И всякий раз результат был один и то же — я выглядела гораздо хуже, чем была задумана Богом изначально. Я понимала это, но каждый раз скрипучий голос тети Маши внутри меня убежденно говорил, что я все делаю правильно. Как все.

И вот я, почти сорокалетняя, сижу в полинявшей вытянутой футболке на кухне, пью чай и вчитываюсь в то стародавнее интервью Антона Семеновича Макаренко. Дохожу до места о человеческом счастье и вижу черным по белому написано: «А необходимый аксессуар счастья — уверенность, что живешь правильно». И тут, после этих строчек, меня как осенило. Ну, конечно же! 

Взрослая женщина может позволить себе одеваться, как угодно. Как ей заблагорассудится! Только не как дура. Не так, как ей сказала соседка тетя Маша, не так, как посоветовал последний номер журнала «Вог». И не для того, чтобы кого-то соблазнить и запрыгнуть в последний вагон уходящего поезда своей женской привлекательности.

Одеваться надо так, чтобы быть собой. Нежной или властной, милой или строгой, умной или безбашенной. Все это неважно. Важна уверенность в том, что ты — создана для счастья, для долгой, активной, творческой и радостной жизни. Такая жизнь — есть плод твоей усердной многолетней работы: в профессии, в семье, в своих увлечениях, в отношениях с друзьями и окружающими людьми…

Ощущение счастья — это результат твоей жизненной устремлённости и не замкнутости на себе, разрыв кокона своего инфантилизма и эгоистичности, самоотдача, идущая из недр твоей взрослой, зрелой самодостаточности.

И вот именно эту самодостаточность женщина и должна транслировать миру через свою удобную, качественную и стильную одежду. Это. А не декольте на груди.

Возможно, я слишком вольно трактую мысль А.С. Макаренко, но думаю, что не сильно ошибусь, если скажу: взрослая женщина — это расцвет и сила, а юная девушка должна все это еще заработать. И именно поэтому гениальный Антон Семенович утверждал — матери надо шить пятое платье, а дочь пусть подождет своего третьего.